• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: sw, фанфик (список заголовков)
12:05 

Папина девочка

Я - гремуче-неуравновешанная смесь металиста-гота-панка-эмо-сатаниста с растройствами психики, маниакально-депресивным синдромом и шизофренией начальной стадии, паранойей, суицидальным синдромом и манией величия. Правда прелесть? ^_^
Название: Папина девочка
Пэйринг или персонажи: Лея, Дарт Вейдер, Мара Джейд, мельком Бейл Органа
Рейтинг: G
Жанры: Джен, AU
Предупреждения: OOC
Описание:
О том, как Лея узнала правду.

Пролог

Впервые она увидела его во сне. Потом она видела его много раз. Иногда он был маленьким мальчиком. В другой раз, это был сильный и красивый мужчина, стоящий рядом с женщиной, похожей на нее. Потом он был один на звездном разрушителе, в черном доспехе. Он не мог дышать как нормальный человек. Его звали Энакин Скайуокер.
Она научилась не говорить своим приемным родителям об этих снах. В отличие от нее, они их боялись, но она была рада узнать об ее отце. Об ее настоящем отце.

Лея Амидала Скайуокер. Для нее это звучало лучше, нежели Лея Амидала Органа. Она слегка улыбнулась. Благодаря снам, она знала о своем рождении от родителей. Они поделились с ней своими воспоминаниями. Но они никогда не говорили с ней, только улыбались.

Лея расчесала свои длинные темные волосы золотым гребнем, и подбежала к отцу Бейлу, когда он открыл дверь. Она никогда не называла его папой, берегла это слово для ее настоящего отца.
- Уходим, Принцесса, во дворце Вейдер. Мы должны бежать – говорил он, беря ее на руки.
- Почему? – сглотнув, спросила она.
- Потому что, он плохой - Бейл остановился. Перед ними стоял Дарт Вейдер. Она видела его раньше в Голонете, в ее снах. Вывернувшись из рук отца, она подошла к нему. В тишине было слышно лишь его механическое дыхание.
- Почему ты такой грустный? - спросила она как можно спокойнее.
- Я не грустный - поправил он.
- В моих снах тебе всегда грустно… Ты потерял маму.
- Мама? - прошептал он.
Он опустился перед ней на колени. Она была так похожа на Падме. Его Падме.
- Падме… моя мама. Я тоже по ней скучаю папа. Я тоже по ней скучаю – сказала ему Лея. Смело улыбнулась ему, и тепло обняла – Я тебя люблю, папа…

Часть 1

"Дочь! У меня есть дочь! Мой ребенок! О, Падме, я буду заботиться о ней со всей любовью и верностью к вашей памяти. Она не будет ни в чем нуждаться будучи дочерью второго человека в Империи. – он чуть замедлил шаги, вспоминая об императоре. – Хочу ли я, чтобы он знал о моей дочери? Она моя дочь. Она нужна мне, и она будет со мной. Император, к сожалению, должен об этом знать, но не думаю, что он захочет участвовать в воспитании девочки."

- Ты готова ехать со мной?

- Куда поехать? – немного озадаченно спросила она.

- Домой.

Она чуть наклонила головку, слегка, нахмурившись. Выражение ее личика было таким милым и очаровательным, что Вейдер осторожно коснулся ее волос, ласково погладив.

- Эти люди… они просто воспитывали тебя. Ты моя дочь. Я хочу, чтобы ты жила со мной.

- Хорошо, - она прижалась к нему, уткнувшись лицом в его грудь.

Вейдер чувствовал, как его сердце радостно забилось, а в груди разлилось тепло. Дверь за его спиной бесшумно открылась, и он резким движением оборвал удивленный вскрик, швырнув вошедшего человека в противоположную стену, прежде чем он успел среагировать. Похоже его присутствие все же было замечено дворцовой охраной. Впрочем, он не видел угрозы себе на этой миролюбивой планете. Внезапно он услышал резкий окрик.

- Ты!!!

- Сенатор Органа. – холодно фыркнул Вейдер, оглянувшись через плечо на знакомый голос, и не останавливаясь проследовал дальше.

- Отдайте ее! Она моя дочь!
Вейдер развернулся и яростно зарычал, поднимая Органу с помощью Силы.

- Она моя, сенатор. Моя жена родила ее. Плоть от плоти моей, кровь от крови, и я не собираюсь отдавать ее обратно тому, кто не имеет никаких прав по отношению к ней. – он с яростным рычанием отбросил альдераанина в стену, и тот потерял сознание. Вейдер искренне надеялся, что убил его за дерзкую попытку встать между ним, и тем что он считал своим. Оставшийся путь до шаттла прошел в молчании. Лея, закутанная в его плащ, безмятежно спала.
– Я буду любить тебя вечно, Лея. Ты моя дочь, дочь Империи, ситхов, и тебя будут бояться и любить во всей галактике. – шептал он. Он бережно устроил спящую Лею на коленях, заводя двигатель шаттла, и связался со своими людьми на звездном разрушителе, чтобы они подготовили каюту для девочки.

Часть 2

Когда Вейдер вернулся на Разрушитель, помещение для Леи было уже организовано. Он уложил девочку на кровать, и некоторое время любовался ею, отметив ее поразительное сходство с Падме. Неудивительно, что Органа старался не показывать ему дочь. Думая об Органе, ситха охватила ярость, ведь он был одним из ближайших друзей Падме, и возможно, вместе с Кеноби настраивал его жену против него. Он похитил его дочь, и держал ее вдали от родного отца.
Также Вейдер не был уверен в реакции Палпатина. Сидиус мог посчитать девочку угрозой себе. Возможно, он сумеет убедить императора, что она будет хорошим союзником, если он позволит обучать ее. Вейдер знал, что это большой риск. Но если Сидиус прикажет ему убить девочку, он не подчинится. Он сможет ее спрятать и защитить. У лорда Ситхов было достаточно ресурсов, чтобы держать существование дочери в тайне. Вейдер давно понял, что его учитель был жестоким садистом, который пользовался любой возможностью, чтобы поиздеваться и унизить своего слугу. Вот именно, слугу. Он не хотел даже в мыслях произносить слово раб.

***
Проснувшись, Лея не сразу поняла что происходит. Но увидев задумавшегося Вейдера, вспомнила события прошедшего дня. Она взглянула на бесстрастную черную маску, при виде которой большая часть населения Галактики дрожала от ужаса. Отец - Бейл рассказывал ей о Лорде Вейдере, о его ужасающих деяниях против джедаев и во имя Империи. В реальной жизни Лея еще ни разу его не видела. Все всегда говорили, что он внушает ужас одним своим видом, но Лея не чувствовала ужаса. Это было похоже на ... облегчение. Напряженные до этого мышцы расслабились и дышать стало намного легче. Лея видела невероятно высокую фигуру, закованную в черный доспех, но она не чувствовала ни страха, ни отвращения, ни паники, ни ненависти. Она не чувствовала ничего из того, что как ей говорилиона будет чувствовать, столкнувшись с Лордом Ситхов. Она чувствовала, так, словно, то что она ждала чего-то всю свою жизнь, а теперь вот он, стоит прямо перед ней. Папа.

"Неужели и здесь я буду принцессой? - раздраженно думала Лея. - Нужно сказать что-нибудь."

– Привет. – наконец, выдавила она. – "Ну, что ж было замечательно."

- Привет. – ответил Вейдер.

«Как-то вышло неловко. Он заметил?» Ответ на этот вопрос она получила, когда он присел рядом с ней на кровать, и очень нежно коснулся рукой, затянутой в черную кожаную перчатку, ее щеки, ласково поправив выбившийся из прически локон за ухо. Когда его рука коснулась ее лица, на мгновение Лея увидела перед глазами высокого, красивого, голубоглазого человека с взлохмаченными светлыми волосами и улыбкой, способной покорить пол-Корусканта. Неужели это и было скрыто под маской?

- Лея… - выдохнул он. – Моя дочь. Моя прекрасная дочь.

- Папа… - Лея не чувствовала никаких колебаний.

- Как ты похожа на свою мать.

- Правда?

- Да.

- Как ты нашел меня?

- Сила открыла мне правду, и привела к тебе.

- Сила? Я читала об этом, но думала, что это просто миф.

- Вы достаточно ловко использовали Силу, чтобы считать ее мифом, принцесса. – Вейдер насмешливо фыркнул.

- Что вы имеете в виду? Я не умею использовать Силу!

- Но ты использовала Силу ранее. Я почувствовал тебя.

Лея вдруг вспомнила все странности, происходившие с ней все время. Один раз она очень захотела рассмотреть мчащийся спидер, и ей показалось тогда что время замедлилось настолько что она смогла разглядеть панель управления. Разве это Сила?И он смог узнать когда я это сделала? Может поэтому мой отец-сенатор не хотел чтобы я делала что-то странное? Потому что мой настоящий отец мог меня найти? В головке Леи вертелись миллионы вопросов. Кто этот человек в маске? Как я могу использовать Силу? Где ее мать? Почему у нее отобрали настоящую семью? Зачем ее приемный отец хотел, чтобы она ненавидела собственного родного отца? Знал ли Вейдер, где она была все это время? Вопросы кружились в ее голове, но прежде чем она получила шанс озвучить хоть один, прозвучал голос ее отца. Пока они говорили, она заметила, что мышцы расслабленные до этого, вновь напряглись. Потянувшись к одетому в черное существу, которое было ее отцом, ее истинным отцом, она почти чувствовала нечто тянущееся ей навстречу. Оглянувшись, она вдруг ощутила как это нечто обернулось вокруг нее, это было в ее сознании, всегда там было, просто об этом забыли. Некая связь, которая простиралась от ее сознания и соединялась с бытием другого.

- Это сила. Связь между отцом и дочерью. – Мягкий, теплый голос заговорил в ее голове. Лея, разинув рот, резко посмотрела на отца, тот медленно кивнул.

- Таким образом, мы можем разговаривать так?

- Только если ты хочешь этого. Я могу научить тебя.

- Я бы хотела.

Лея находила идею такой связи с отцом очень увлекательной. Рядом с ним она чувствовала спокойствие и любовь Она чувствовала себя любимой в его присутствии. Все это она поняла через их образовавшуюся связь. Он способен сделать для нее все: бороться за нее, умереть за нее, убить за нее.

Часть 3

Прошло восемь лет.

«Бип, бип, бип!»
Лея мучительно застонала, когда звонок будильника вырвал ее из мира сновидений. Она перевернулась на другой бок, засунув голову под подушку. К сожалению, это не помогло, и она все еще слышала непрекращающийся звон, хотя и несколько приглушенно. Она застонала громче, и вслепую попыталась нашарить кнопку выключения, и, наконец, была вынуждена открыть глаза. Досадливо поморщившись, она швырнула будильник через всю комнату в стену, и тот с протяжным звяканьем, наконец, отключился. Лея вновь откинулась на подушку, и уже начала снова дремать, когда дверь в ее комнату бесшумно отворилась.

- Во имя Галактики, Лея, ты, что все еще спишь? Практически шесть утра! Ты действительно хочешь проспать самый важный день своей жизни?

- Мара, - пробормотала из-под подушки Лея. - Я не представляю, почему сегодняшний день является таким важным в моей жизни. И тем более, не
понимаю почему ты находишься здесь в столь смешной час в один из немногих дней, когда нам позволено поспать подольше.

Мара в недоумении уставилась на закрывшуюся подушкой лучшую подругу.

- Ну, любой нормальный человек был бы в восторге отметить свое пятнадцатилетие.

- Да ну, нормальные люди не разделяют свой день рождения с Днем Империи…

Мара раздраженно вздохнула, отбрасывая с лица рыжий локон.

- Так, похоже, мы начинаем повторяться. Это ведь так обременительно делить свой день рождения и вашего отца с правительством, что позволяет жить во дворце на величайшей планете в галактике, не говоря о том, что он платит за твою политическую подготовку и вдобавок обеспечивает мир и процветание в галактике. Для тебя же это тааак трудно.

- Твой патриотизм, является ярким примером для всех, Мара. – прозвучал недовольный ответ из-под подушки. – И если ты не заметила, мы живем не во дворце, а в престижном Императорском военно-космическом бункере, прилегающем ко дворцу. Так что иди читать свои проповеди в другом месте, или по крайней мере вернись позже. – с этими словами Лея повернулась спиной к подруге.
Глаза Мары опасно сузились, и она засучила рукава. Прежде чем Лея успела понять, что происходить, она обнаружила, что взмыла в воздух над кроватью, и была бесцеремонно сброшена на пол. Мара злобно рассмеялась и кинулась к двери, едва успев увернуться от запущенных в нее подушек.

- Я тебе этого не забуду, Мара! И первое, что ты увидишь завтра утром, это целый гарнизон штурмовиков, окруживших твою кровать.

- Ха! Грубая сила ничто по сравнению с Великой Силой, Лея! Это худшая твоя задумка! – смех Мары продолжал доноситься, даже когда она скрылась из виду.

Лея зарычала от бешенства, комкая очередную подушку.

- Первое, что я сделаю, когда стану императрицей, сошлю ее на Кессель… - прошипела она. Лея повернулась, собираясь вернуться в свою комнату, когда ей на глаза попался молодой лейтенант, который только что свернул в этот коридор со стопкой датападов в руках. Он немедленно покраснел, видя леди Лею Амидалу Скайуокер, дочь правой руки императора, стоящей в одной ночной рубашке посреди коридора в окружении разбросанных подушек. Лею тоже не слишком обрадовала эта ситуация, но ей удалось быстро взять себя в руки, и нацепить на лицо совершенно равнодушное выражение.

- Ну? – спросила она, небрежно перекинув подушку через плечо. – У вас нет других занятий? – с этими словами, она с гордо поднятой головой шагнула в комнату, оставив бедного лейтенанта в замешательстве.

Часть 4

Полчаса спустя Лея уже шагала по коридору бункера. Одета она была в стандартную форму имперского кадета, а волосы убраны в высокий хвост. Коридоры уже были заполнены дежурными офицерами, занятыми своими обычными делами, несмотря на День Империи. Некоторых из них она знала, и дружелюбно кивала в ответ на их приветствия, но ее мысли были где-то далеко, она безрезультатно высматривала в толпе рыжие волосы Мары. « Должно быть она уже вернулась во дворец …» - пробормотала себе под нос Лея. В этот момент она увидела еще того, кого надеялась увидеть.
- Коммандер Джир!
Мужчина повернулся на ее оклик, и узнав Лею, улыбнулся, и помахал ей в знак приветствия. Лея улыбнулась в ответ, и подошла к командиру.
- Миледи, я всегда рад вас видеть. Позвольте пожелать вам много счастливых моментов.
- Благодарю, коммандер. Есть ли какие-то новости с Девастатора? – Лея снова улыбнулась.
- Сожалею, миледи, но я боюсь, что ваш отец задержится. Он не может позволить повстанцам испортить этот день.
- Ох… - тихо вздохнула Лея. – Я понимаю.
Джир неловко кашлянул, но затем весело улыбнулся.
- Пятнадцать, да? Звезды! Как быстро летит время! Кажется, только вчера я имел дело с беспрестанно болтающей семилетней девчонкой, бегающей по мостику Девастатора с широко распахнутыми глазами, во время ее первого космического путешествия. Я едва оправился от вида того, как вы падаете с мостика, когда мы вошли в гиперпрыжок.
- Не думаю, что с тем штурмовиком, на которого я упала, случилось что-то плохое… - ухмыльнулась Лея. Она вздохнула, и ее улыбка исчезла. Она прекрасно знала, что ее отец был одним из самых важных людей в галактике, но она все еще надеялась, что он постарается быть дома в ее день рождения. Она выкинула эту мысль из головы, и снова улыбнулась. – Я рада была видеть вас коммандер, желаю счастливого Дня Империи.
- Любой день, когда мы служим Империи, является счастливым, миледи. – отдавая честь, ответил Джир, затем, наклонившись к ней ближе, тихо прошептал. – Но между нами, этот день был бы еще более счастливым, если бы мне дали небольшой отгул. Я делаю все для защиты планеты от повстанцев и в этот, и в любой другой день. Человек не может нести столько ответственности так долго. – он подмигнул Лее, о шутливо добавил – Только не сболтните о моих словах вашему отцу, когда снова увидите его. – Джир снова отдал честь, пожелал Лее счастливого Дня Империи, и продолжил свой путь.
Ей нравился этот коммандер. Он был одним из первых людей, с кем она познакомилась на борту Девастатора, когда отец забрал ее домой. Он был веселым и умным, и не говорил с ней как большинство взрослых. Она обязательно поговорит с отцом о предоставлении ему отгула, когда снова увидит его, но вряд ли это произойдет в ближайшее время… «Ну ладно, теперь поищем Мару, чтобы мне не пришлось провести этот день в одиночестве, даже если она без конца цитирует мне патриотические лозунги». С этими мыслями, она направилась в сторону императорского дворца. Она пересекла площадь, которая отделяла его от 501 Бункера, и увидела извилистые шпили, возвышающиеся перед ней. Она не любила дворец императора, с его чрезмерно позолоченными фасадами и огромным количеством мебели, скульптур и картин. Она всегда предпочитала минимализм и функциональность проявлениям излишеств. Пройдя через один из боковых входов, и поднявшись на лифте, она уже подходила к комнате Мары, находящейся на этаже, куда был доступ только для элиты Империи.
- Стойте! Вы должны предъявить удостоверение! – внезапно раздался голос алого гвардейца.
- Кани, вы же знаете, кто я! – раздраженно ответила Лея, уперев руки в бока и глядя в темные линзы женщины-охранника.
- Правила, есть правила, миледи, идентификация личность и цель визита указывается при каждом визите на этажи ограниченного доступа.
- Леди Лея Амидала Скайуокер, дочь лорда Вейдера, кадет императорского военно-космического корпуса имени его Величества императора Палпатина. Иду в гости к Маре Джейд. – раздраженно вздохнув, монотонно отбарабанила Лея. – Этого вам достаточно, чтобы удовлетворить протокол.
- Хм… Как я узнаю, что вы настоящая леди Лея?
- Кани! – Лея уже была готова придушить женщину, когда из-за двери раздался голос Мары.
- Все в порядке, Кани! Вы можете позволить ей войти! – крикнула Мара.
- Хорошо. Проходите, миледи. – Телохранитель, сделав шаг в сторону, жестом пригласив Лею внутрь. Однако, теперь напряглась Лея.
- И что же она планирует сделать со мной, когда войду туда? – Лея подозрительно ткнула пальцем в сторону двери.
- Я здесь чтобы охранять дверь. – Кани пожала плечами. – О том, что происходит внутри, могу только гадать.
- Спасибо за помощь. – Саркастично ответила Лея, и глубоко вдохнув, коснулась панели, чтобы открыть дверь. В комнате было абсолютно темно, и как только Лея вошла, раздался приглушенный смех.
- Мара… - осторожно позвала Лея, проходя в комнату. – Чтобы ты не планировала, я советую тебе серьезно подумать о последствиях очередной твоей выходки.
- «СЮРПРИЗ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!»

@темы: SW, фанфик

21:23 

Lady Ex Officers' Lounge

Я - гремуче-неуравновешанная смесь металиста-гота-панка-эмо-сатаниста с растройствами психики, маниакально-депресивным синдромом и шизофренией начальной стадии, паранойей, суицидальным синдромом и манией величия. Правда прелесть? ^_^
Название: Lady Ex Officers' Lounge
Автор: Malicean
Описание: просто цикл зарисовок из жизни офицеров "Исполнителя".

www.fanfiction.net/s/7391606/2/Lady...Officers-...

Пролог

Говорят, что на звездном суперразрушителе Исполнитель никогда не происходили беспорядки среди офицеров, но как такое возможно с более, чем десятью тысячами офицеров на борту. Существует офицерская столовая под номером 1-24. И хотя, теоретически, она была открыта для всех старших офицеров определенного звания, три из ее помещений определенно принадлежат армии, размещенной на борту, и для любого флотского офицера, было бы нецелесообразно вторгаться туда. Аналогично, армейские офицеры могли ожидать лишь прохладное приветствие в любой из остальных. Однако, при определенном уровне ранга, различия между офицерами становятся все более тонкими. Комната отдыха старших офицеров имеет свои невидимые границы, рассекающие само помещение. Хотя не все из них поддерживали разрыв между армией и флотом.

Один большой парень и один стойкий.

Нехватка достойных собеседников ощущалась весьма прискорбно, решил генерал-майор Максимилиан Вирс. Вы не можете спорить с вашим прямым подчиненным, и хотя сегрегация армии и флота не так строго соблюдалась в салоне, как это было в других местах, действующий адмирал ( Леди Экс жевала своих адмиралов быстрее, чем большинство других расходных материалов) был полным дебилом, по, бесспорно неквалифицированному, мнению Вирса. Неприязнь была взаимной, хотя Оззель сформировал свое мнение о нем не более, чем на основании случайности рождения. В то время, как он и около половины присутствующих в комнате офицеров считали себя достойными своих званий исходя из их аристократического происхождения, Вирс и другие выскочки достигли высокого положения, благодаря нездоровой склонности Лорда Вейдера содействовать продвижению умений над семейными связями. После нескольких выпитых стаканов, адмирал мог иногда услышать лекции на эту тему. В зависимости от настроения, генерал, в большей или меньшей степени смягчал свои воинственные комментарии, и его мнение об этом человеке и его друзьях опускалось все ниже, когда адмирал заранее ускользал от любых конфликтов. Сегодня он чувствовал себя менее склонным к дружелюбию, когда шум у входа в зал привлек его внимание.
- Черт, Пиетт, - один из флотских капитанов, начальник инженерной службы, если Вирс правильно помнил, приветствовал новичка. - Вы выглядите так, словно пили.
В то время, как вошедший офицер, отмахивался от прозвучавшего предположения, генерал критически посмотрел на него. Он не имел ничего лично против невзрачного капитана, чье скромное происхождение сделало его, по крайней мере, одним из наименее неприятных мерзавцев, но он еще не показал никаких признаков твердого характера. Правда, оказавшись в положении капитана флагмана флота, ему должно быть не только адмирал в шею дышит, но и Верховный главнокомандующий вооруженных сил империи, подобное положение оставляет мало возможностей для проявления инициативы, но все же.
...
- Он не в настроении сегодня. – Мягко сообщил капитан, и не было никакой необходимости уточнять, кто именно.
- Кого я знаю? – поморщился начальник инженерной службы.
- Сомневаюсь. Коммандер Гоенки. Это свежая информация с мостика. Не продержался и недели.
Вирс мог заставить себя, при необходимости, услышать в грохоте боя, и он не имел проблем с тем, чтобы услышать разговор в другом конце комнаты.
- Гоенки? Начальник технического обслуживания в ангарах 4-12?
Разнообразие капитанов оказалось возле него.
- Вы знаете этого человека? – с любопытством спросил инженер. Пиетт задумался, вспомнив, что возможно в ангарах 5-9 содержались десантные шаттлы и их предполагаемый груз.
- Вы правы, - Генерал оскалился в хищной улыбке. - Невозможно не ударить достойного человека.
Флотские мгновенно сплотились.
- Сэр, - Пиетт шагнул вперед, ответив холодно-вежливым тоном. - Я попросил бы вас говорить о мертвых с большим уважением.
Вирс сохранял хищное выражение.
- Я говорю о мертвых с соответствующим уважением. Погибший коммандер имел прекрасную привычку спать с любой женщиной, которую мог прибрать к рукам. Я верю, что есть огромное количество женщин среди техников, ловко сочетающих работу и личную жизнь. Сейчас, как правило, мне безразлично, что делают люди в их нерабочее время, но Гоенки использовал свои звание и должность, для того, что он не мог получить добровольно. – Это было сказано с насмешкой полной отвращения, что показывало мнение генерала к такому поведению. – В последний раз, он решил попытать счастья с одной женщиной, которая не была новым техником, она была сотрудником медицинской службы первой помощи из ангаров, которая просто надела стандартный комбинезон на время, по практическим соображениям. Она сказала ему; (а) он ей неинтересен; (б) Он не был ее командиром, и его угрозы были бесполезны; (в) Она вылечила достаточно штурмовиков, чтобы очередь желающих дать ему в морду, дважды обернулась вокруг ангара; (г) «что небольшое неудобство, которое вы почувствуете ниже пояса, окажется лазерным скальпелем».
После этих слов, сидящие вокруг генерала офицеры, преимущественно флотские, нервно заерзали, представив это. Вирс произнес тост за находчивую девушку.
- Он поспешно отступил, и нашел другую несчастную, что сорвать свое разочарование. Но к счастью или нет, девушка-медик видела ее за два дня до этого в лазарете шестого ангара, сложив два и два вместе, и поговорив с девушкой, она отправилась к вышестоящему командиру Гоенки, который, как она думала, это сделал. Это обычная ошибка считать технический персонал частью того же соединения, в которое они назначены, когда фактически они представляют собой соответствующее подразделение, обычно армии, но в данном случае корабля. – Генерал пожал плечами.
-И вы это серьезно? – один из любимых дружков Оззеля недоверчиво усмехнулся, глядя на командира десантного корпуса Исполнителя. – Некоторые скорее бросят человека в беде. Девчонка…
Вирс поставил стакан с такой силой, что разбушевавшийся командир замолчал, и поспешно отступил.
- Когда медик с шестилетним стажем безукоризненной работы приносит мне список проверенных медицинских фактов, я верю ей. Когда твердый поток защитной ярости с шестилетним опытом в хирургии, говорит мне, что либо кто-нибудь положит конец деятельности Гоенки, либо одна из его жертв попадает в лазарет, пострадавший человек будет найден в 4 ангаре, в 5, 6 и так далее до 12, и я верю этому.
- И ваша реакция, сэр? – Заговорил Пиетт, прежде чем он продолжил, по-прежнему холодно-вежливым тоном.
- Я сказал ей, что использую все свои связи по отношению к этим солдатам, и если вновь услышу о подобном происшествии, те части тела, о которых она упоминала, будут тонким слоем, размазаны по ангару. Затем у меня произошла короткая беседа с коммандером Гоенки, я сказал ему, что больше не хочу слышать его имя в данном контексте еще раз. Если вас это интересует, он не и не пытался что-либо отрицать. Тогда я напомнил ему, о том, что я полностью квалифицированный пилот АТ-АТ , и это ужасно тяжелая машина. Следующее, что я услышал от него, было прошение о переводе. И это решение удалило его от одной предполагаемой угрозы прямо к другой еще более смертоносной...-
Многие офицеры видимо подумали, что генерал также приложил руку к этому, стратегически правильно подобрав слова .. . э – э, их восприятие, и отступил. У него не было доказательств, но это была хорошая мысль, что последняя жертва Вейдера была выбрана совершенно неслучайно. Один из немногих офицеров не отступил, да и вообще сделал один шаг ближе. Пиетт смерил Вирса взглядом. -
- Я вижу. Тем не менее, я предпочел бы, сэр, если бы в следующий раз, вы просто сообщили об этом в соответствующие органы, и дайте флоту разбираться с делами флота. - Пиетт смерил Вирса взглядом.
Вирс встал. Это был высокий широкоплечий мужчина, не упускающий возможности укрепить свой авторитет за счет физического доминирования над оппонентом, но этот мелкий флотский капитан отказался уступать, даже когда генерал нависал над ним. Учитывая, явный недостаток характера, который флотский капитан показывал до сегодняшнего дня в этом грязном деле, генерал был впечатлен.
- Я не могу оспаривать вашу квалификацию, сэр, но моя любимая военная машина имеет бесконечный резервуар глубокого вакуума вокруг, - и как капитан, я могу предложить практически любому на борту, принять участие в экскурсии за борт, в том числе и некоему крикливому генералу, отвечающему за мой воинский контингент. - с холодным взглядом карих глаз, сказал он. Пиетт стоял, бесстрашно глядя в глаза, пока Вирс не улыбнулся
- Я запомню это, - признал генерал, ссылаясь на оба совета, и тот факт, что ему только что угрожал тот, кто не имел ни звания, ни роста, чтобы делать это безнаказанно. Так он и сделал. Это стало началом замечательной дружбы.

Справедливый обмен.

Разумеется, хорошим дружеским отношениям для того чтобы окрепнуть. Время, чтобы лучше узнать друг друга.
Пиетт любил завтракать в офицерской столовой рано утором, когда она была пустынна. Вирс узнал об этом, наткнувшись на него там, когда отправился на поиски кафа, после двенадцатичасовой тренировки, которую он начал в середине прошлого дня, чтобы быть уверенным, что его солдаты и, особенно, офицеры были полностью боеспособны, так как враги редко нападали по графику.
- Боже, Пиетт! И это, по вашему мнению, неплохой завтрак? - это было тупо, даже по его личным стандартам, но, с другой стороны, после подведения итогов, и предварительного подведения итогов со старшими офицерами после тренировки, и после приблизительно двадцати четырех часов на ногах. В любом случае Вирс никогда не был жаворонком. Эта бледная клейкая масса, которую с аппетитом ел капитан, перед его неожиданным приходом, выглядела не очень съедобно. Больше всего это напоминало герметик, или какой-то наполнитель, фактически, он был уверен, что техники использовали нечто подобное для полировки мелких царапин на дюрастиловой броне. Флотский офицер, однако, не выглядел чересчур напуганным бестактным приветствием. Напротив, уголки его рта дернулись, прежде чем он ответил идеально-вежливым тоном.
- И вам тоже доброе утро, сэр. Хотите присесть? – он указал на стул перед собой, приглашая Вирса присоединиться, если он вдруг решиться выпить кафа. Генерал с благодарностью согласился и сел.
- Стюард, принесите немного кафа для генерала. И сделайте его по флотскому рецепту. – приказал Пиетт, сделав резкий жест стюарду.
- Я не флотский, - ответ был не самый остроумный, как можно было себе представить, но хотя тренировка не могла быть столь же напряженной, как настоящее сражение, она также не вызывала прилив адреналина, который мог держать человека собранным в течение нескольких дней, если это было необходимо. Кроме того, даже пыточный дроид IT-O не мог заставить Вирса признать вслух, что он уже не был молодым курсантом.
- Я заметил, сэр, но он не ядовит и для тех, кто не связан с флотом, по моему опыту. – Ответил капитан совершенно спокойно.
Вирс был избавлен от необходимости отвечать появлением стюарда, который поставил перед ним большую чашку с чем-то очень горячим, черным, как межгалактическое пространство, и пахнущим небом.
- Ух, ты! Это что секретный компонент для охлаждающей смеси реактора?
Стюард застыл с каменным лицом, утомленный каждым требованием Оззеля в офицерской столовой, на мгновение его глаза встретили взгляд капитана, который почти незаметно кивнул ему, прежде чем ответить.
- Нет, сэр, - еще один косой взгляд, еще один положительный кивок. – Мы всего лишь удвоили обычное соотношение кафа и воды.
- Это все еще жидкость. - Посмотрев на чашку и экспериментально наклонив ее, осуждающе заметил Вирс. Затем он сделал один глоток, и он был невероятно горьким, однако, он почти физически ощущал, как кофеин просачивается сквозь слизистую оболочку рта прямо в кровь, и толкал его в надлежащее состояние бодрствования.
- А как насчет еды генерал? Возможно что-то для полировки мелких царапин? – Пиетт наблюдал за ним с легкой улыбкой, жестом указав на тарелку с липкой субстанцией перед ним.
- Я сказал это вслух? – Вирс покачал головой, прежде чем понял второй вопрос, и капитан жестом отправил стюарда, и человек не оказался вне пределов слышимости.
- Не совсем так, сэр, но вы отчетливо пробормотали это. Я расценил это как знак того, что вы нуждаетесь в некотором количестве кофеина.
- Как наблюдательно. - Заметил Вирс, а потом молчал, пока его первая чашка не опустела, а вторая не была наполнена.
Пиетт также молчал, используя это время для того, что бы закончить свой завтрак, включающий в себя стакан сока и чай, в дополнение к этому странному месиву. Заметив, что генерал вновь вернулся в мир живых, он задал вопрос.
- Итак, генерал, как прошла мнимая битва?
- Мнимая битва? Вы издеваетесь, капитан! - Отрезал Вирс, и увидев, что его собеседник рывком подался назад, заметно напрягшись, решил немного повременить со второй чашкой. Он не сталкивался с подобным дружеским подшучиванием, с тех пор как он стал генералом, и довольно мало этого было раньше после того как повзрослел. Он сознательно принял тон раздраженного превосходства, успешно имитируя адмирала Оззеля, перед тем как продолжил. – Я знаю, что армия никогда не насмехается над битвой. Мы, однако, время от времени устраиваем тренировки. Что именно вы назвали мнимой битвой?
На мгновение Пиетт замер с таким же каменным лицом, как и стюард перед этим, выражение лица человека, который служит Оззелю, а еще Вирс понял, что капитан использует подобный тон, всякий раз обращаясь к адмиралу, затем он медленно расслабился. Вражда между генералом и адмиралом была слишком хорошо известна, чтобы олицетворять что-либо, кроме попытки пошутить.
- Но, сэр, - начал он осторожно. – Что еще, кроме битвы могло заставить вас бодрствовать в такую рань? И если бы это была реальная битва, я бы знал об этом.
- Хм. О, он прошел достаточно хорошо, только все старшие офицеры были мертвы, – мгновение он наслаждался испуганным взглядом. - Они отвратительные стрелки, понимаете? 501-й был очень услужлив.
- Я вижу. Я должен запомнить этот метод для повышения эффективности.
Вирс рассмеялся, вспомнив через несколько минут, что капитан не раз видел командира данного соединения, использующего такие же методы повышения эффективности в реальной жизни. К этому времени, однако, он уже радовал флотского офицера основными моментами, и самыми впечатляющими ошибками упомянутой тренировки. Пиетт внимательно слушал, как он гонял своих людей туда и обратно через главный тренировочный зал в 1,2 километра в длину, три палубы в высоту и 300 метров в ширину. Заменяя препятствия позади них, и только приподнимал бровь, когда Вирс вспоминал последние детали. Медленно кивнув, капитан поднял деку, которую просматривал во время завтрака..– У меня в руках просьба дать разрешение на модификацию основного зала для тренировок, чтобы изменять обстановку в то время, когда в зале еще есть люди. Я предполагаю, что план для осуществления этого не был утвержден высшим командованием, и дошел до инженерной службы только постфактум, не так ли, сэр?
- Я послал этот запрос ответственному инженеру пять дней назад, - зарычал генерал.
- Я так и думал. Этот инженер очень хорошо разбирается в технических деталях, но принятие решений не является его сильной стороной. Ему нужны четкие приказы, а не просьбы. К счастью, он имеет достаточно компетентного заместителя.
- Он вашего роста, вдвое больше в ширину, имеет огненные волосы и соответствующий характер. Я встретился с ним. Он сказал, что мою просьбу невозможно осуществить, затем спросил, чего именно я хотел достичь, и сделал это. Хороший парень.
- Хороший парень, - повторил капитан.
К моменту, когда двое мужчин расстались, Вирс знал намного больше информации о том, как найти решение проблем, возникающих на Леди Экз. Думая об этом, Пиетт теперь знал, кому из офицеров пехоты можно было доверять, так же используя их способности. Справедливый обмен, был сделан общий вывод.

Игры и развлечения.

Традиционное соперничество между двумя видами вооруженных сил, и неприязнь между соответствующими командирами, было достаточным основанием для разделения армии и флота. Тем не менее, люди, выросшие в мирах центрального ядра и прошедших свое становление, если не детство, в одном знаменитом кругу, старались сохранять свои знакомства. Аналогично, и «выскочки» также держатся в месте, объединяясь большей частью в целях самообороны.
***

Капитан Пиетт был достаточно дипломатичен, чтобы не идти против своего прямого командира, выражая свое мнение, и, по собственному желанию, искать компанию генерала Вирса, также, он был дипломатичен, чтобы не отмахиваться от Вирса, если последний вступил с ним в разговор, и генерал безжалостно пользовался этим фактом. Капитан, казалось, лично не возражал. Сохраняя вежливое уважение из-за его более высокого ранга, Пиетт мог быть весьма остер на язык в обсуждениях, и Вирс наслаждался общением с собеседником, который мог держать его в тонусе.
***

Когда одним вечером, капитан предложил сыграть партию в мёбиус-шахматы, Вирс уверенно согласился, не смотря на то, что в этот конкретный вариант раньше не играл, обычно, он был довольно хорош в играх на основе стратегии, и был так быстро и основательно разбит, что не поверил глазам, и сразу же потребовал реванша. Повторный разгром был еще более впечатляющим. Великодушный, без сомнения, капитан предложил увеличить попытки до трех из пяти, но генерал был достаточно хорошим игроком в сабакк, чтобы знать, когда нужно свернуть их.
- Ни в коем случае, Пиетт. Я не проигрывал, так очевидно, с тех пор как был пьяным курсантом, считающим не сложный матч по армрестлингу с вуки умной идеей. Я не настроен повторять.
– Вы не смогли. - Флотский офицер, и большая часть зрителей состоявшегося только что матча-реванша, довольно многие собравшиеся из армии и флота, бросили на него недоверчивый взгляд.
– Сломал руку в трех местах. - Вирс усмехнулся. Хотя должным образом и вздрогнув, Пиетт иногда опускал «сэр», и, хотя вообще был сторонником высокой дисциплины, свободное от работы время предпочитал проводить немного менее формально. Капитан открыл, было, рот, чтобы ответить, закрыл его, и попробовал еще раз.
- Я удивлен, что это все еще имеет значение.
- О, вуки был очень талантлив в этом виде спорта, или так мне сказали, мой Шириивук не существует.
- Я вижу. – Пиетт откинулся назад, сложив руки. – Хорошо, сэр, в следующий раз, когда вы почувствуете необходимость выступить против вуки, я надеюсь, вы найдете способ более перспективного решения проблемы успеха. Игра в шахматы, возможно. Не мёбиус-шахматы, хотя, я бы рекомендовал, существа вроде древесных вуки, должны быть способны думать в трех измерениях.
Вирс наклонился вперед, уязвленный.
- Вы намекаете, что я не способен? – спросил он с нажимом в голосе.
- Это ваши слова, сэр, не мои. - Узкие черты лица, позволяли добиться удивительно впечатляющей ухмылки. - Но чувство пространства, является одной из первых вещей, на наличие которой тестируют кандидатов в космический флот.
- Забавно капитан, - зарычал Вирс. - Я думаю, что в следующий раз, когда захочу почувствовать легкую победу, я брошу вам вызов на матч по армрестлингу.
- Я не являюсь ни пьяным, - (в глазах генерала появился злой блеск) - ни курсантом, я бы просто уступил борьбу. - Пиетт пожал плечами, очевидно, не впечатленный.
- Я не понимаю, флот получил такое давление…
- Флот по-прежнему на две победы впереди, по моим подсчетам, сэр.
Часть зрителей из флота, большинство естественно, были восхищены этими словами, армейский контингент сомкнул ряды, таким образом, все могло закончиться не очень красиво. Вирс в свою очередь, также пожал плечами не впечатленный.
- В настоящее время. Давайте перейдем на дежарик, и посмотрим.
К тому времени, когда необходимость поспать перед выполнением завтрашних обязанностей положила конец турниру, капитан был всего на одну победу впереди, лидерство переходило в другие руки несколько раз, и около половины игр закончилось вничью. Голошахматы во всех их вариантах стали любимым занятием, и зрелищным видом спорта, между капитаном и генералом. Гораздо менее одностороннее, оно также гораздо интереснее разжигало противостояние флота и армии, чем текущая вражда Оззеля и Вирса – никто всерьез не хотел играть против генерала, в этом соперничестве, кроме случаев, когда речь шла о получении более высоких званий. И в самом деле, где же еще можно получить возможность услышать случайный анекдот про глупые кадетские подвиги своего командира…
***

Где-то в другом месте на корабле этот эпизод и его последствия рассматривались менее позитивно. В то время, как первый же вечер привел к замечанию: «Генерал Вирс показывает политическое чутье среднего нерфа», за то, что позволил младшему по званию так сокрушительно разбить себя, и прежде всего, сделать это публично, и затем усугубить ошибку, поделившись в дальнейшем неловкой информацией. В последующие месяцы, наблюдатели, с разочарованием и нерешительностью, размышляли, был ли генерал просто везучим дураком, или очень проницательным интриганом, и всего лишь играл недомыслие. Когда слух об этой истории распространился, а это было неизбежно, люди смеялись по всему кораблю, но тем не менее, большинство не стало уважать Вирса меньше. Как раз наоборот, фактически после этой истории, армия, безусловно, полюбила его. Все согласились, в том числе и наблюдатели, с тем, что капитан, с другой стороны, сыграл весьма дерзко и самоуверенно , но, тем не менее добился сокрушительной победы, и вообще стал, невероятно почитаем за это. Наблюдатель лишь отметил: «Требует дальнейшего внимания».

Фоновая музыка.

Часть сущности Старого Джентльменского Клуба, составляющего атмосферу гостиной, помимо высококлассной мебели, стильного оформления, отличного стола, великолепного бара и вида за иллюминатором, который превосходил даже вид с мостика линкора (лишь потому, что люди на мостике обычно имели более важные дела, нежели любоваться звездами), был постоянный фон спокойной музыки. Классическая музыка, естественная, нежная, ненавязчивая, инструментальная, ее легко можно было игнорировать, при необходимости, и все же неотъемлемая часть, которую некоторые не понимали. Вирсу это не нравилось. Какой смысл играть музыку, которую легко игнорировать? Этот знатный сброд любил цитировать композиторов, и интерпретировать фразы в пределах его слышимости при каждом удобном случае, чтобы доказать свою несравненно высокую сложность, не сделав ничего чтобы полюбить стиль генерала.
***

Однажды в гостиную вплыл Оззель со своей свитой, и тут же услышал, как привычный музыкальный фон, заменяет сильный женский голос, проникновенно исполняющий оживленную мелодию. Гневное требование вернуть все к предыдущему состоянию встретил бледный, но непреклонный стюард, который процитировал строгий приказ генерала, подавать все жалобы лично ему. Никто вызов не принял. Вирс провел весь вечер, улыбаясь, как нексу. Он нашел что-то в равной степени энергичное и для следующего вечера. И провел бы остаток недели копаясь в обширной библиотеке Леди Экс для поиска все менее классической музыки, которую он любил, хотя там были некоторый классический произведения, которые он любил, но их было немного, если бы на следующий день его не поймал за этим занятием очень недовольный капитан, лицо которого было искажено отвращением. Коммандер Гаус, самый высокомерный щенок из корускантских собачек Оззеля, когда-либо позоривших палубу честного судна своим присутствием. Жестко осудив генерала (Вирс ранее считал, что был защищен от подобных импульсов), как человек, страстно любящий свой корабль, он, однако, не решился излить на него свой гнев, и перешел на стюарда, который фактически сказал ему «нет». Генералу не нужно было объяснять, как именно вышестоящий офицер мог превратить в ад жизнь подчиненного, когда хотел сделать это. Коммандер мог убить стюарда, даже не выходя за рамки закона, если бы Гаус ударил Вирса, который предпочел бы заставить человека сожалеть о том, что он не умер вместо этого. Как он потом говорил Пиетту.
- Нет, на этот раз пусть флот разбирается с делами флота? - резко спросил генерал, сдерживая гнев.
- Я думал, вы хотели быть проинформированы, сэр, - в острой форме вернул капитан. – Вы создали этот беспорядок, это ваш единственный шанс ликвидировать его самостоятельно, прежде чем кто-то другой должен будет выразить это безмолвно.
***

Когда несчастный стюард, спотыкаясь от усталости, брел в направлении своей кровати после второй смены, которая внезапно материализовалась в его расписании, он почувствовал, как сильные руки схватили его за плечи, потащив из коридора в подсобное помещение. Он ожидал трепки, благодаря сплетням, зная все, что можно было знать о коммандере Гаусе. Однако, человек в серой форме, с интересом наблюдающий за ним, не был тем, о ком он думал.
- Генерал Вирс запросил помощи военного флота для его конкретного проекта. Я ожидаю, что вы выполните следующие приказы в этом письме.- Сказал капитан. Датапад был нажат в его руках, перед тем, как смущенный стюард мог ответить «Да, сэр», затем капитан откланялся. Осторожно взглянув на огромного человека, штурмовика не при исполнении служебных обязанностей, который буквально затащил его в это помещение, стюард прочитал деку. "Это не займет много времени. Делайте, как вам говорят", а затем колючая подпись капитана. Он поднял голову, чтобы увидеть саркастичную усмешку глядящего на него сверху вниз человека.
- Сержант Хевл, - ухмыльнувшись, представился гигант. – Вы и я ненадолго поменяемся местами, приятель.
- Знаете ли вы что-нибудь о подаче напитков, сержант? - Стюард был слишком хорошо подготовлен, чтобы показывать свои эмоции.
***

Когда генерал Вирс продолжил корректировать фоновое музыкальное сопровождение согласно своим вкусам, коммандер Гаус на свою злую жалобу, услышал самодовольное: «Приказ генерала, сэр» прозвучавшее на октаву ниже, чем ожидалось. Когда он, фактически, посмотрел в глаза обслуживающего человека, командир, к своему ужасу, должен был откинуть голову назад. Резкий приказ получить обычного стюарда, был встречен не менее бешеным и тревожным: «Это я, сэр, Ваш обычный стюард, сэр. Приказ генерала, сэр». С технической точки зрения, не было ничего неправильного с новым стюардом. Он носил безупречную униформу, благожелательно подавал еду и напитки, даже если этот благожелательный вид прилагался к когтям размером со столовые приборы. Он выполнял приказы, и отвечал на все с неизменной вежливостью и уважением. На более интуитивном уровне, тем не менее, огромная фигура и бесстрашный блеск в глазах, интерпретировали коммандера, правильно, как проведение полной поддержки генерала Вирса на любые действия, и заставляли коммандера Гауса вести себя гораздо более вежливо, чем он имел обыкновение вести себя с подчиненными. Реакция на музыкальные эксперименты Вирса была неоднозначной. Хотя Оззель и его ближайшее окружение из принципа продолжали кипятиться, довольно многие, даже больше чем генерал или адмирал ожидали, просто отмахнулись от изменения мелодии. Некоторые даже дошли до того, что и как капитан, который иногда, подняв бровь, высказывал замечания в стиле «это интересно». К концу недели к Вирсу подошла группа младших офицеров. Все они были наследниками старых домов, и, следовательно, приглашенными адмирала, но по крайней мере, их представитель был одарен, по жестокой шутке генетики, реальным тактическим талантом, высоким происхождением, деньгами и могущественным именем. Молодой лейтенант протянул датадиск, скрытый из виду спинами его сообщников, и очень вежливо предложил, захочет ли генерал взглянуть на этих… музыкантов тоже.
- Вряд ли классика, - мягко сказал Вирс, подняв бровь. Он признал очень мало этих имен.
- Нет, сэр, - признался молодой человек, и заговорщицки добавил. - И каждый истинный сын Центра Империи, воспитанный на этой музыке, ненавидит ее, как чуму, сэр.
***

Повестку дня следующего вечера нельзя было легко проигнорировать. Капитан Пиетт не заметно вздрогнул, когда прошел в стену звука, не громче, чем любая из песен раньше, но более пронзительная, и помчался прямо к генералу.
- Вряд ли классика, - отметил он, напрягая голос против шума.
- Моя реакция была такой же, но так как молодой Пелерин просил так приятно… - невинно заметил Вирс, пожав плечами.
- Мой генерал, кража молодых помощников прямо под носом у адмирала. Какое коварство от вас, сэр. – Капитан чуть заметно усмехнулся. Хитрый диссонанс, первоначально созданный для вида совсем иного частотного диапазона слуха, достигла крещендо, и другая зарождающаяся усмешка исчезла. – Только в этот раз, однако. Начиная с завтрашнего дня, я ожидаю услышать что-то менее… распространяющееся, сэр. Или вся звуковая система будет отключена по приказу капитана. И самой собой разумеется,и все козыри генерала на борту корабля, предоставленные капитаном.
***

Оззелю потребовалась еще неделя, чтобы прийти к такому же выводу, но, хотя то же самое относиться в большей степени к адмиралам, он, тем не менее, приказал капитану вновь взять на себя контроль над ситуацией. Слабая оценка работы Оззеля, более или менее тесно связывала его сторонников.

@темы: SW, фанфик

19:02 

еще один перевод

Я - гремуче-неуравновешанная смесь металиста-гота-панка-эмо-сатаниста с растройствами психики, маниакально-депресивным синдромом и шизофренией начальной стадии, паранойей, суицидальным синдромом и манией величия. Правда прелесть? ^_^
Бессонная ночь адмирала
Автор: L.A. Jitterbug
Описание: Адмирал Пиетт проводит беспокойную ночь на борту Исполнителя.

http://www.fanfiction.net/s/7442237/1/The-Admiral-s-sleepless-night

Адмирал Фирмус Пиетт проходил сквозь темные коридоры звездного суперразрушителя Исполнитель, который после уничтожения Звезды Смерти, стал символом империи Палпатина. И он, Пиетт имел честь командовать им и остальной частью Эскадрона смерти, уступая только Дарту Вейдеру. Странно, но он никогда не видел себя в этой должности, быть может потому, что был скромен, что не было общим признаком имперских офицеров. Возможно, это было связано с его не знатным происхождением, или тем, что его родная планета Аксилла, являлась ничем непримечательной гражданской зоной. Опыт научил Пиетта внимательно наблюдать за тем, что происходит вокруг, и действовать осторожно. Это не означало, что он не мог постоять за себя в рукопашном бою. Его противники, похоже, всегда недооценивали его мастерство, в связи с невысоким ростом, и мягким голосом, это приносило свою пользу. Он многим был обязан империи. И не только тем, что ему представился шанс покинуть скучные улицы Аксиллы, и навести порядок в родной системе. Это был его звездный час, когда он привел небольшой флот звездных разрушителей для того, чтобы очистить систему от контрабандистов, пиратов, охотников за головами и прочего сброда. Пиетт остановился, чтобы взглянуть на монитор, на который выводилась информация о системе жизнеобеспечения в этой части корабля. У него вошло в привычку проводить частые инспекции всего корабля и экипажа на любые отклонения от нормы. Считав показание с монитора, Пиетт удовлетворенно кивнул, и прошел дальше по коридорам, большей частью пустынным. Корабль был на вечернем вращении, и по правилам, адмирал давно должен был находиться в своей каюте. Хотя он и чувствовал усталость, но сон ускользал от него, темные круги под глазами придавали ему довольно зловещий вид. Его мысли вернулись в прошлое, как это часто происходило в последние дни. До недавнего времени, он был капитаном Исполнителя, и до сих пор ощущал защиту этого корабля. Это был не просто флагман. Это был его дом, его образ жизни. Именно он и его команда нашли тайную базу повстанцев на ледяной планете Хот, не смотря на протестующие реплики его предшественника адмирала Оззеля, утверждавшего, что это скорее всего незарегистрированное поселение, или лагерь контрабандистов, но никак не база Альянса. Казалось, он был так уверен в этом, однако, Пиетт не собирался уступать. Оззель сделал ошибку, считая его слабым. Но Пиетт подкрепил свои аргументы фактами. В глубине души Пиетт думал, кто в здравом уме захочет жить на бесплодной земле, покрытой льдом и снегом, колония не проживет и года. К счастью для Пиетта, Дарт Вейдер слышал обсуждения двух офицеров. Темный лорд положил конец возражениям Оззеля, согласившись с молодым офицером. Это была первая ошибка адмирала Оззеля, вторую он совершил, выведя флот из гиперпространства, практически вплотную к планете, таким образом, предупредив повстанцев о своем появлении. Это был его последний промах, Пиетт тогда подумал, был ли этот человек сторонником повстанческого Альянса, или был просто дураком. В любом случае, Вейдер положил конец Оззелю, задушив его прямо на мостике, и повысил Пиетта до звания адмирала. Однако, этот инцидент оставил на нем свой отпечаток. Он не был дураком, не сочувствовал повстанцам, и не совершал ошибок. Да, сказал он себе, совершить ошибку перед Вейдером, и оказаться в смертельной хватке его силы, в то время, как человек, стоящий рядом вдруг станет адмиралом. Легкая улыбка появилась на его губах, возможно, это не было бы плохо. Никто не станет оплакивать его, по крайней мере, большая часть Галактики не была в этом заинтересована, просто монстр уничтожит еще кого-то. По дороге, он увидел одного из членов экипажа, склонившегося над одной из нижних панелей со снятой крышкой. Пиетт нахмурился, что-то здесь было не так. Зачем штурмовику работать над главным центром системы жизнеобеспечения корабля, когда это была работа технического персонала. Он быстро сократил расстояние между ним и членом экипажа.
- Что вы делаете здесь? – с любопытством потребовал адмирал.
- Ну, сэр … я … был … - невнятно пробормотал штурмовик.
- Прекратите это, - отрезал Пиетт.
Коридор по-прежнему был пуст, за исключением допрашиваемого штурмовика и имперского адмирал. Мгновение спустя Пиетт почувствовал, как кулак стремительно ударил в его корпус. Он почувствовал два удара, затем еще один, когда встретился лицом с холодной поверхностью палубы. Сквозь боль, Пиетт понял, что это бой не только за собственную жизнь, но и за весь его корабль и экипаж. Адмирал бросился на него, сбив нападавшего на пол. Он знал, что это не член команды, самозванец, скорее всего повстанческий диверсант. Придя к этому выводу, он медленно встал, держась за стену. Самозванец был уже на ногах, бросая хук справа, которого Пиетту удалось избежать, лишь затем, чтобы от левого кулака нападавшего, отлететь и врезаться в переборку. Пиетт попытался избавиться от тумана, который угрожал поглотить его сознание. Он сделал единственное, что мог сделать, бросившись на самозванца, и отшвыривая его обратно на палубу. Нападавший осуществляет еще один удар по лицу, практически достигая успеха. Однако, Пиетту удается остаться сверху, о том, чтобы нанести ответный удар не могло быть и речи, самозванец носил тяжелую броню штурмовика, и адмирал не собирался ломать себе кости в руках. Лучшее, что он мог сделать это, держать его и звать на помощь, надеясь, что кто-нибудь появится, прежде чем повстанец сможет взять верх, что было не так уж и трудно для диверсанта. Но прежде чем он успел крикнуть, адмирал почувствовал, как сильная рука оторвала его от нападавшего, Пиетт был уверен, что смысл происходящего начал открываться перед ним.
- Адмирал, - прозвучал металлический голос. – Все в порядке, сэр, мы заберем его.
В первый момент Пиетт был не уверен, стоит ли доверять этим новым штурмовикам перед ним. Потом выдохнув, кивнул им. Если бы они хотели убить его, он был бы уже мертв. Нет, он знал, что это были члены его экипажа.
- Поспешите провести проверку этой панели на предмет обнаружения взрывного устройства. – Приказал он, указывая на панель, которая была объектом диверсанта.
Только после этого он посмотрел на самозванца, с которого штурмовики, не теряя времени, сняли шлем. Пиетт был несколько шокирован, увидев, что это был совсем молодой юноша, почти мальчик, который прятал свой страх, за вызывающим взглядом. Пиетт выдержал его взгляд, интересно, почему кто-то, у кого впереди, казалось, целая жизнь, рискует, делая такие бесполезные попытки. Он зашел слишком далеко, выступая против империи.
- Сэр, с вами все в порядке? Мы можем проводить вас в медицинский отсек? – отвлек его от размышлений голос одного из штурмовиков.
- Я в порядке, - отмахнулся адмирал. - Кто ты? И как попал на борт моего корабля? – сказал он, обратив внимание на юного повстанца.
Мальчик лишь улыбнулся и плюнул ему в лицо. Это привело его к немедленному наказанию от двух солдат, который схватили его, заставляя встать на колени, и болезненно завели его руки за спину, напомнив Пиетту его молодость на Аксилле, это была любимая техника местных хулиганов. Он знал, что этот человек намеренно злит его и охранников, надеясь на легкую смерть., однако, он давно научился контролировать свой гнев, понимая, что гнев часто приводит к тому, о чем можно в последствии пожалеть.
- Это не сработает, - тихо сказал он заключенному. – Я не позволю моим людям убить тебя … пока. – Адмирал помолчал, глядя на человека, стоящего на коленях. – Мне нужны ответы, и если вы не дадите их добровольно, мы используем альтернативный вариант, не очень приятный, уверяю тебя.
- Сэр, - отозвался солдат, который работал с панелью. - Вы были правы, взрывное устройство есть, но, к счастью, у него не было времени, чтобы активировать его.
- Пригласите сюда команду службы безопасности. Я хочу получить отчет о полной проверке этого сектора, и убедиться, что здесь больше нет сюрпризов, – приказал он стоящему рядом солдату. Затем, оглянувшись на заключенного, добавил. - Кроме того проверьте камеры безопасности. Я хочу знать, как он попал на мой корабль, и один ли он работает. Обыщите весь корабль. Я не хочу, чтобы какой-либо болт или винт, внезапно оторвавшись, стал бы причиной серьезных повреждений корабля.
- Мы все равно добьемся успех, может быть не в этот день. Но это я обещаю. Альянс все равно уничтожит этот корабль, - повстанец посмотрел на адмирала, затем добавил. – Мы вас уничтожим!
Адмирал только смотрел на молодого несостоявшегося убийцу, каким-то образом чувствуя, что он говорит правду.
- Уведите его в следственный блок, для допроса, - Наконец, приказал Пиетт.
Пиетт посмотрел, как выполняются его приказы, затем наклонившись, поднял свою помятую фуражку, которая упала во время его борьбы с молодым повстанцем. Провел рукой по волосам, надевая головной убор. Вздохнув, он вспомнил, насколько же он устал, и продолжил свою прогулку в темных коридорах линкора, которые в этот момент ожили с новой силой, так как многие были разбужены, чтобы выполнять приказы адмирала под угрозой жизни. Угроза мятежника до сих пор звенела у него в ушах, пока он шел. Он многим был обязан империи, и он заплатит этот долг собственной жизнью, если это будет необходимо. Он был имперским офицером, который присягал Империи, и обязан соблюдать эту клятву до последнего вздоха.

@темы: SW, фанфик

02:52 

проба пера

Я - гремуче-неуравновешанная смесь металиста-гота-панка-эмо-сатаниста с растройствами психики, маниакально-депресивным синдромом и шизофренией начальной стадии, паранойей, суицидальным синдромом и манией величия. Правда прелесть? ^_^
Папина девочка.


Персонажи: Лея, Дарт Вейдер, мельком Бейл Органа.
Описание: Небольшая аушная зарисовочка, о том, как Лея могла бы узнать правду.


Впервые она увидела его во сне. Потом она видела его много раз. Иногда он был маленьким мальчиком. В другой раз, это был сильный и красивый мужчина, стоящий рядом с женщиной, похожей на нее. Потом он был один на звездном разрушителе, в черном доспехе. Он не мог дышать как нормальный человек. Его звали Энакин Скайуокер.
Она научилась не говорить своим приемным родителям об этих снах. В отличие от нее, они их боялись, но она была рада узнать об ее отце. Об ее настоящем отце.

Лея Амидала Скайуокер. Для нее это звучало лучше, нежели Лея Амидала Органа. Она слегка улыбнулась. Благодаря снам, она знала о своем рождении от родителей. Они поделились с ней своими воспоминаниями. Но они никогда не говорили с ней, только улыбались.

Лея расчесала свои длинные темные волосы золотым гребнем, и подбежала к отцу Бейлу, когда он открыл дверь. Она никогда не называла его папой, берегла это слово для ее настоящего отца.
- Уходим, Принцесса, во дворце Вейдер. Мы должны бежать – говорил он, беря ее на руки.
- Почему? – сглотнув, спросила она.
- Потому что, он плохой - Бейл остановился. Перед ними стоял Дарт Вейдер. Она видела его раньше в Голонете, в ее снах. Вывернувшись из рук отца, она подошла к нему. В тишине было слышно лишь его механическое дыхание.
- Почему ты такой грустный? - спросила она как можно спокойнее.
- Я не грустный - поправил он.
- В моих снах тебе всегда грустно… Ты потерял маму.
- Мама? - прошептал он.
Он опустился перед ней на колени. Она была так похожа на Падме. Его Падме.
- Падме… моя мама. Я тоже по ней скучаю папа. Я тоже по ней скучаю – сказала ему Лея. Смело улыбнулась ему, и тепло обняла – Я тебя люблю, папа…

@темы: SW, фанфик

06:24 

Маленький перевод.

Я - гремуче-неуравновешанная смесь металиста-гота-панка-эмо-сатаниста с растройствами психики, маниакально-депресивным синдромом и шизофренией начальной стадии, паранойей, суицидальным синдромом и манией величия. Правда прелесть? ^_^
Величайшее преступление

Автор: Blacknayami
Описание: Дарт Вейдер размышляет, какое из многочисленных совершенных им преступлений, является величайшим. (закончен)


http://www.fanfiction.net/s/5348679/1/The-Greatest-Crime


Он не мог вспомнить, что произошло. Темный удушающий туман путал его мысли. Он был на борту своего корабля, потом он и его люди ворвались в город, он разговаривал с кем-то важным, и все вокруг заполнял страх. Страх это было хорошо. Это держало людей вдали от него, останавливало их от слишком пристального внимания к вещам, которые он предпочел бы оставить невидимыми. Это защищало его от необходимости видеть вещи, которые он видеть не хотел. Ему необходима была эта защита. Страх был очень хорош. Он что-то говорил своему командиру … Командующий Нуар, который был им, нет, подождите, он отдал ему какой-то приказ. И приказ, был важным, он безусловно знал, что он был важен. Тогда Нуар послал своих людей в город, чтобы найти что-то … базу? Да, он хотел найти … базу повстанцев! И он нашел ее, должно быть нашел, трое повстанцев лежали у его ног, еще один пытался отползти в сторону от своих павших товарищей. Что это было? Темное густое вещество, забрызгавшее комнату, это была кровь, не так ли? Это должна быть кровь, потому что, когда он злился, всегда было много крови. Вейдер был зол сейчас, очень зол. Почему он сердится? Он задавался вопросом. Мужчина перед ним не сделал ничего, чтобы спровоцировать его гнев. Он не причинял ему боль, не нанес обиды, хотя он был повстанцем. Почему же? Почему он сердится? Ах да, он был зол, потому что его гнев прятал эмоции, которые он не хотел чувствовать. Гнев забирал боль. Сейчас Вейдер испытывал боль. Он всегда испытывал боль, поэтому он всегда был зол. Как только он вспомнил о боли, он вновь ее испытал, потеряв концентрацию. Он начал вспоминать причину этой боли.
- Ты чудовище. – Прошипел повстанец, лежащий рядом с одним из своих товарищей. – Как ты мог? Там были тысячи живых существ, целый город! Как ты мог убить их, лишь потому что там пряталась горстка повстанцев.
Он рассмеялся. Человек перед ним был, действительно жалок. Неужели он думает, что может заставить его чувствовать себя виноватым? Он не чувствовал за собой ни какой вины! Он не чувствовал ничего кроме гнева …. Гнева и боли. Он не чувствовал за собой никакой вины. Вейдер шагнул вперед, его шагу громким эхом отозвались по холодному металлическому полу, каждый его вздох зловещим эхом отдавался в пустых белых стенах, он захватил шею мятежника, яростно дергая его вверх, пока не встретил испуганный взгляд повстанца.
- Скажи мне, где те, кто спасся сегодня, и твоя смерть будет легкой и быстрой. – Угрожающе прошипел он. Мужчина его проигнорировал.
- Вы причинили много вреда Вейдер, но это было действительно, … ваше самое большое преступление! – человек, судорожно вздохнул, борясь за дыхание.
Вейдер остановился, обдумывая слова человека. Изображения розы, перед его глазами проносились непрошеные картины того, что когда-то было его жизнью; каким он когда-то был ….
«Ты ангел?»
«Что?»
«Ангел, Они живут на лунах Иего. Мне рассказывали о них пилоты звездолетов. Самые красивые существа во вселенной. Они хорошие и добрые и так красивы, что даже самые жестокие космические бандиты плачут, глядя на них»
«Я не могу этого сделать, мама. Я просто не могу»
«Эни …»
«Увижу ли я тебя снова?»
«А что подсказывает тебе сердце?»
«Я надеюсь на это. Да … я думаю»
«Тогда мы увидим друг друга снова»
«Я вернусь и освобожу тебя, мама. Я обещаю»
«Будь смелым и не оглядывайся назад. Никогда не оглядывайся»
«Что теперь со мной будет?»
«Я буду обучать тебя, как это сделал бы Квай-Гон. Теперь я твой новый учитель, Энакин. Ты будешь учиться у меня и станешь рыцарем-джедаем. Я обещаю.»
«Почему мне кажется, что ты станешь причиной моей смерти?»
«Не говорите так, учитель, вы мне как отец»
« С того момента, как я встретил вас, много лет назад, не прошло и дня, чтобы я не думал о тебе. И теперь, когда я снова с вами, я в агонии. Чем ближе я к вам, тем хуже становится. При мысли о том, что я с вами, сжимается желудок, а во рту пересыхает. У меня кружится голова! Я не могу дышать! Меня преследует поцелуй, что вы подарили. И сердце бьется в надежде, что поцелуй не станет шрамом»
«Я так горжусь тобой, Эни. Так горжусь. Я так по тебе скучала …»
«Я тоже по тебе скучал, мама, но мы можем поговорить позже …»
«Теперь я счастлива»
Останься со мной, мама. Я вылечу тебя, Все будет хорошо»
«Я люблю …»
«Ты не всемогущий, Эни»
«А должен быть!»
«Не бойся»
«Я не боюсь умереть. Я умираю каждый день, с тех пор, как ты вернулся в мою жизнь»
«Что ты говоришь?»
«Я тебя люблю»
«Ты меня любишь? Ты любишь меня! Я думал, мы решили не влюбляться. Ведь тогда мы вынуждены были бы жить во лжи. Это разрушило бы нашу жизнь.»
«Я думаю, наша жизнь закончится в любом случае. Моя любовь к тебе, словно головоломка, Эни, для которой у меня нет решения. Я не могу ее контролировать и теперь мне все равно. Я искренне и глубоко люблю тебя, и, прежде, чем мы умрем, я хочу, чтобы ты это знал»
«Я люблю тебя. Это не займет много времени. Жди меня»
«Всегда, Энакин. Навсегда. Вернись ко мне, любовь моя, моя жизнь. Вернись ко мне»
«Вы говорили это, когда я уходил»
«Стой! Остановись сейчас …. Вернемся …. Я люблю тебя!»
«Лгунья! Ты с ним заодно! Ты привезла его, чтобы он убил меня!»
«Ты настроил ее против меня!»
«Ты сделал это сам!»
«Ты не заберешь ее у меня!»
«Твои гнев и жажда власти сделали это!»
«Ты позволил тьме поработить свой ум, став тем кого поклялся уничтожить»
«Не читай мне лекции Оби-Ван! Я вижу насквозь ложь джедаев. Я не боюсь темной стороны силы, как вы. Я принес мир, свободу, справедливость и безопасность моей новой империи»
«Твоей новой империи»
«Не заставляй меня убивать тебя»
«Энакин, моя верность принадлежит республике, демократии»
«Если, ты не со мной, ты против меня»
«Только ситхи все возводят в абсолют. Я сделаю то, что должен»
«Можешь попытаться»

И самое болезненное воспоминание из его прошлого, которое он наиболее отчаянно пытался забыть.
«Лорд Вейдер, вы слышите меня?»
«Да. Где Падме? Она … в порядке? Она … в безопасности?»
«Похоже, ты убил ее в гневе»
«Я? Я не мог! Она была жива … я чувствовал это! Нееееееееееееееееееееет!

Дарт Вейдер вспомнил каждое существо, жизнь которого он отнял. Он думал о каждой планете, которую разрушил, каждой уничтоженной деревне, каждом, чье доверие предал, каждом плачущем ребенке, каждом, изувеченном трупе. Так много преступлений на выбор, какое может быть худшим? Чем был вызван такой ужас? Что стало причиной такого насилия? Ах, да. У него был ответ.
- Вы ошибаетесь, - произнес великий Лорд Ситхов, понизив голос, почти до шепота. – Мое величайшее преступление заключается в том, что однажды я смог полюбить.
И свернул мятежнику шею.

@темы: SW, фанфик

Моя территория

главная